Созидатели и игроки

Е. Бреслав. Статья опубликована на портале rus.delfi.lv 24 апреля 2009 г.

Продолжение разговора о важности идеологии для выхода из кризиса. Сейчас эта важность стала уже практически очевидной, и победа Центра Согласия на выборах в Рижскую Думу воспринимается прежде всего как победа другой, интернациональной идеологии. Справятся ли они с этой важнейшей задачей?

Послесловие 2013 г.: Центр Согласия, увы, оказался партией игроков.


Предыдущая заметка о причинах кризиса вызвала сильный отклик. Здесь, среди комментариев, преобладают эмоциональные высказывания, но в очных дискуссиях, где накал страстей был куда слабее, самый большой интерес вызвала проблема мотивации и идеологии.

Строго говоря, это одна и та же проблема. В роли идеологии в контексте «иррациональных» методов предстала все та же мотивация, только не на уровне одного человека или предприятия, а на уровне некоей надсистемы – крупного сообщества или страны.

Мне ближе всего оказались два тезиса, высказанные в ходе обсуждения. Первый принадлежит участнице, которой в расстановке «досталась роль»… того самого слабо мотивированного персонала. Она сказала, что связывает выход из кризиса с началом нового «века Просвещения». Второй тезис был даже не тезисом, а вопросом: слабая мотивация – она реально слабая или она нормальная по силе, просто не подходящая по смыслу?

Крон БессонницаИ тут мне вспомнился роман А. Крона «Бессонница». Там главный герой, профессор-медик, приезжает на конференцию в Париж в середине 50-х годов. Помимо научных целей, ему надо провести переговоры о поставках медицинского оборудования. А продает это самое оборудование господин из первых русских эмигрантов, уже, естественно, очень немолодой. Когда его спрашивают о том, как ему живется, он отвечает: «Я мог быть в числе созидателей, а оказался в клане игроков. Это происходит постепенно, незаметно… – Увидев наши внимательные глаза, он пояснил: – Есть люди, которые создают новые ценности и тем самым противостоят мировой энтропии. Игроки перебрасывают их из рук в руки. Созидатель открывает новые законы, игроки подчиняются правилам, которые выдумали такие же, как они, игроки. – Он еще раз взглянул на нас и засмеялся. – Вы небось уже прикидываете: два мира, две системы, «мы» – это созидатели, «они» – игроки. Будь это так просто, спор систем был бы давно решен в вашу пользу. И среди нас есть созидатели, и среди вас есть игроки. Каждому человеку дано сделать выбор. Понимаешь это не сразу, иногда слишком поздно».

Сильных мыслей в этом рассуждении много.

  • Само деление на тех, кто создает ценности, и тех, кто их просто перемещает.
  • Различие между открытием законов и механическим подчинением правилам. Открытие новых законов, конечно, не стоит путать с навязыванием собственных правил все той же азартной игры.
  • Угроза соскальзывания в клан игроков даже того, кто изначально был или мог быть созидателем.
  • Возможность произвольным решением вернуться к созиданию – увы, до определенного момента, но все-таки.

И хотя выбор каждый из нас делает для себя, вспомним немного историю и подумаем, когда было больше игроков, а когда – созидателей.

Созидатели появляются в голодные годы (точнее – десятилетия), когда делить-то особо нечего. Самим бы выжить да детей прокормить. Голь на выдумки хитра! Эта практическая сметка поднимает хозяйство и просится закрепиться. Поэтому на следующем этапе всегда очень хочется детей не просто вырастить, а выучить. Чтобы они умели смолоду то, к чему их родители шли трудным опытом. Потом… а вот потом начинается странное. Потому что после того, как люди научаются выживать, им скучно хотеть простых вещей. Они хотят вещей СТАТУСНЫХ. Им мало просто быть – они хотят быть среди лучших.

Ведь ты этого достойна.

Меня этот слоган компании L’Oreal приводил в недоумение. Ну, с каких-то общеэтических позиций, наверное, каждая женщина достойна приличной косметики. Но если у меня на такую нет денег? Если я их не зарабатываю – не умею? Выторговывать подарки? Но это к слову.

А как только каждый, подчеркиваю, каждый хочет быть среди лучших, общество распадается на группы – и объединяющая идеология исчезает. По определению.

А раз единства нет, каналы продвижения и поддержания идеологии (СМИ, реклама, кино, литература) во множестве наполняются сюжетами типа «один-другой», «мы-они», «правые-левые», большинство из которых идут по типу «агрессор-жертва». Сюжеты эти льются на нас с утра до вечера. Ясно, что ни один психически нормальный человек не ассоциирует себя с жертвой. Кое-кто идентифицируется с агрессором, но большинство прилично воспитанных людей просто отстраняются от увиденного вообще. Они выпадают из общего идеологического поля – и тем самым ослабляют и без того уже небогатые остатки (так и хочется написать «останки») общих идей.

Разрозненными группами становится очень легко управлять. Политтехнологи, в частности, предлагают делить общество на группы таким образом, чтобы с одной из групп происходило нечто катастрофическое, а другой эта же катастрофа не грозила. Примеры в Латвии:

  • Необходимость для русских учить и сдавать латышский язык, в то время как многие латыши даже русский знают в силу особенностей обучения, а сдавать им не надо вообще ничего;
  • Проблемы жильцов денационализированных домов, которых нет у остальных и т.д.

Но это примеры понятные. Гораздо важнее то, что в отсутствие объединяющей идеологии, которая дает общую картину мира, общество теряет способность видеть дестабилизирующие факторы. Т.е. некоторые-то их видят, но остальные говорят: «Слава богу, это не про нас, нас это не касается». Если же общая идеология есть, пусть даже в чем-то ошибочная, дестабилизирующие факторы – источники угрозы – определяются очень быстро. Кстати, грубо ошибочной общая идеология быть не может – она распадается.

Получается, что по мере роста благосостояния единая и объединяющая идеология исчезает почти что естественным образом. Но вернемся к управлению разрозненными группами.

Если одна из групп людей несколько раз «счастливо избежит» катастрофических событий и переживаний, она становится весьма и весьма внушаемой. Она уже некритична – принимает чужие убеждения как свои, без внутренней проработки. Уровень образования, к сожалению, значения не имеет и может быть даже очень высоким. Это объясняет тот печально анекдотичный факт, что маститые ученые оперируют своими рассуждениями, не улавливая их отчетливой оторванности от реалий.

Итак, после того, как общество решило проблемы выживания, а значительная его часть получила образование, производительность труда поднимается настолько, что появляется, ЧТО ДЕЛИТЬ. Такое было в СССР к середине 70-х годов («коммунизм уже был, но мы этого не заметили»), в Латвии каких-то несколько лет назад, повсеместно – в развитых странах. Но – параллельно – к этому моменту уже утрачивается единая идеология, на смену которой приходит спонтанно сформировавшаяся идеология разрозненных групп. Некоторые из этих «идеологий» утопичны и оторваны от реальности, многие построены на демонстрации повышенного статуса своей группы. Часть страдает обеими болезнями – и утопичностью, и кичливостью. Адепты некоторых идеологий увенчаны высокими регалиями, что делает их менее восприимчивыми к критике и даже технически менее доступными для нее. И дележка все больше происходит не по заслугам, а по каким-то другим – игроцким – правилам.

И здесь хочется привести байку, гуляющую по просторам Сети.

Техасский Технический Университет

Техасский Технический Университет

Профессор экономики в Техасском Техническом Университете рассказывал, что раньше никогда не заваливал студентов, но однажды завалил целую группу. Группа настаивала, что социализм «работает» и что никто при этом не будет бедным и никто – богатым. Великое выравнивание!

Профессор сказал – хорошо, поставим эксперимент на предмет социализма. Все оценки будут усредняться и каждый получит одинаковую оценку. Таким образом, никто не провалится и никто не получит «отлично».

После первой контрольной оценки были усреднены и все получили «хорошо». Студенты, учившиеся упорно, были расстроены, недоучки – счастливы. Но ко времени второй контрольной студенты, учившиеся мало, занимались еще меньше, а те, кто учились упорно, тоже захотели халявы… Вторая контрольная в среднем дала «удовлетворительно».

Когда же прошла третья контрольная, получился чистый «неуд».

Результат так и не улучшился, ведь ссоры, упреки, ругань ухудшали отношения, и никто не собирался учиться за других.

Итак, какими будут ответы на вопросы, поставленные вначале? Возможен ли новый век Просвещения? Да. Не только возможен, но почти обязателен – только перед ним совершенно обязательны голодные годы. Будем надеяться, что это будет голод не в прямом смысле слова, а просто такое обеднение, которое заставит людей на всех уровнях – рабочих, клерков, предпринимателей, политиков – думать о реальном положении дел, работать с ним, улучшать его. Стать созидателями.

Слабая идеология – она слабая или просто другая? Как уже поняли читатели – увы, не слабая. Именно что другая. Чаще всего это идеология группы, которую «проблемы не касаются». Убытки? Это дело хозяина, а я тут время потратил, мне положена зарплата. Кризис? Это дело банкиров и политиков, а я винтик. В бюджете концы с концами не сходятся? Мой департамент не трогайте, других полно! И так далее – примеров больше, чем хотелось бы.

Но предприниматель, банкир, политик – тоже люди. Да, накосорезили они здорово. Но даже им глупо учиться за других.

Автор выражает благодарность за участие в подготовке материала Ладе Столыгво, частнопрактикующему психиатру, председателю Правления Латвийского Товарищества Психодинамической психотерапии.



About the Author:

admin

Отправить ответ

avatar

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.